Маковецкая Екатерина, начальник костюмерно-реквизиторского цеха

В нашем театре я работаю уже 9 лет, можно сказать, лучшие годы своей жизни (улыбается).

В театр я попала совершенно случайно, шла с другом по улице Некрасова, и на дверях театра висело объявление  «Театру требуются монтировщики». Вот, собственно, друг и устроился туда работать. Через некоторое время я пришла в гости к монтировочному цеху, и мне сразу стало понятно, что я хочу ТУТ работать. Было неважно кем, лишь бы работать в БТК. Единственная открытая вакансия на тот момент была “гардеробщик”.  Вот я и пошла в гардероб. Так что театр для меня начался действительно с вешалки (улыбается). Но через 3 месяца я уже перешла в костюмерной-реквизиторский цех, где и работаю по сей день. Наш цех я называю “Святая Реквизиция”. Ибо реквизитор суров и добр одновременно. Наш цех занимается и куклами, и костюмами, и реквизитом: их хранением, стиркой, чисткой, мелким ремонтом, и их непосредственной подготовкой к репетициям и спектаклям. Реквизитор должен быть как осьминог или Шива, смекалистый и “многорукий”, а также иметь крейсерскую скорость, поскольку во время действия может произойти все что угодно: отклеится, оторваться, потеряться, порваться, — и нам всегда нужно быть на низком старте, и иметь под рукой булавки, нитки, скотч, спички, маркёр и многое другое.

Перед началом спектакля нам необходимо подготовить костюмы, разнести их по гримёркам, “зарядить” кукол и реквизит на сцене. Только в театре знают, что “зарядить” можно не только оружие, но и реквизит (смеется). Особенную радость доставляет работа на проведении спектаклей — это одно удовольствие. Когда во время действия находишься на сцене можно и повеселится немного — нас-то зритель не видит. Ну, и в мои обязанности входит составление расписания работы цеха, ведение внутренней документации, написание выписок по спектаклям, составление заявок снабжению, подписание служебных записок и учет материальных ценностей в инвентарных книгах. С недавнего времени я так же работаю помощником режиссера на нескольких спектаклях.

Работа в театре кардинально разнится  с другими сферами. Каждый раз, когда идёшь в театр, ты точно знаешь, что будет что-то новое. Ни один день не похож на другой. Ни один спектакль не будет одинаковым, даже если он сыгран уже болеет ста раз. В этом и прелесть работы в театре — это не рутина, а динамика.

За столько лет работы я застала множество курьезных случаев в театре. Вот один из последних: у нас идёт спектакль «Ромео и Джульетта», все вроде хорошо. Отыграли первый акт, зарядились в антракте. Начали второй акт… Мы с моей коллегой стоим за кулисами и снимаем на телефон, так сказать, первую ночь любви молодых Монтекки и Капулетти. Зрелище это безумно красивое — актёры обливаются красками с головы до ног, символизируя смешение  любви и страсти. (К слову, каждый раз когда мы разводим краски для этой сцены, мы всегда очень стараемся, чтобы цвета были яркие, и выглядело это эффектно). После ночи любви Ромео и Джульетты на сцене полное затемнение, действие дальше продолжается на авансцене. В это время наши «молодожены» бегут прочь со сцены в душ. Времени на то, чтобы смыть с себя краски у них очень мало, потому что через сцену наши молодые должны проснуться чистенькие. Мы с моей коллегой к тому времени  уже закончили съемку и как раз направлялись в свой цех мимо душа, чтобы выпить чая и дожидаться окончания спектакля. А там просто какая-то феерия! Видимо в результате скачка давления или какой-то аварии у нас в театре отключили ХОЛОДНУЮ воду (отсутствие горячей не было бы так страшно). И наши бедные Ромео и Джульетта, красные как раки, с ожогами какой-нибудь там степени, пытаются отмыть от себя свою «любовь». Все бегают вокруг, паника в глазах, времени до выхода актёров все меньше, мы побежали в цех за полотенцами, чтобы хотя бы оттереть с них краску, нашли немного кипячённой воды, немного воды в пульверизаторе, в отсеке парового утюга и помчались спасать несчастных, как и все остальные. То, что происходило, надо было видеть. Все «тушили» ребят кто чем мог. Тёрли полотенцами, брызгали пульверизатором, поливали кипячённой водой и водой для цветов, ещё актёры притащили огромную бутыль из питьевого кулера. В общем, это было такое шоу (смеется). Знал бы зритель какой аврал был за кулисами. Но ничего — отмыли.

Работа у нас очень интересная и тяжелая. В нашем цеху сейчас всего три человека работает и ещё один реквизитор приходящий. А в виду того, что у нас такой насыщенный репертуар, 4 площадки, иногда спектакли идут параллельно на трёх сценах и то, что мы и реквизиторы, и костюмеры, и цех кукольного хранения, — конечно, мы очень устаём. Нам не хватает, как минимум одного сотрудника. А для этого необходимо открывать ещё одну ставку. Так же театру необходимо каким то образом расширить свои стационарные границы. Места для хранения декораций и реквизита катастрофически не хватает. В результате чего монтировочный цех вынужден перевозить декорации на удаленный склад и обратно в театр, что занимает немало времени и сил.

Театр — это целый мир. А работа здесь удивительная, в компании друзей надежных и проверенных, с такой талантливой художественно-постановочной частью во главе с нашим главным режиссером. Для меня главное в жизни это моя семья, и театр это тоже семья — одна большая и крепкая, моя, наша общая.

Я хочу пожелать всем людям искренности и доброты, правды. Не лукавьте, не врите — улыбайтесь, думайте, чувствуйте и любите.

Смотрите наши спектакли, приходите на наши театральные мероприятия. Пишите, спрашивайте — Театр с радостью поддерживает обратную связь.