Надежда Мошкина, актриса

Первые воспоминания о театре у меня остались лет с пяти. Это была новогодняя елка, где сначала была интермедия, а потом спектакль. Он назывался «Птичье молоко», а  я весь спектакль не могла понять, что же это такое если не мои любимые конфеты, и почему все их ищут. И очень надеялась, что в конце эти конфеты будут раздавать. Не раздавали (улыбается).

Подготовка к роли обычно начинается с простой технической вещи –  переписываю весь текст в тетрадь. Надо мной еще в институте шутили, что потом мои тетрадки в восьми томах издадут. А я просто запомнила, как один режиссер сказал, что переписывая роль от руки, актер вступает с ней в отношения, я думаю так и есть. Лично мне так проще увидеть её в целом, от начала и до конца, зацепиться за какие-то слова, мысли персонажа, которые трогают и меня. Самое главное найти общую болевую точку, тогда голос мой и голос роли он как бы сливается, и уже нет ощущения фальши. И эта общая точка  протягивается ниточкой через всё и всё раскрывает в новом свете. Персонаж становится родным и понятным. Для меня самое сложное выходить на сцену, когда я не до конца понимаю человека, от чьего лица говорю. Когда не «природнился», не «зазернился»  как говорится, тогда и сложно. Но это всегда долгий процесс, который не всегда завершается к премьере.

Я больше привыкаю к спектаклям, чем к своим героям. Для  меня это всегда нечто целое, и нельзя отделить одно от другого. И, конечно, они влияют, по крайней мере, на меня. Все равно все из себя достаешь, о чем говоришь, просто  что-то легче достать, а что-то сложнее. Я верю в то, что в каждом человеке есть всего по чуть-чуть, нужно только покопаться. А актер этим и занимается. Я за это театр и люблю – за то, что можно бесконечно себя исследовать и каждая роль что-то дарит, чему-то учит. Поэтому люблю брать что-то мне не свойственное, как и все актеры, испытывать себя.

Зрителя я пока еще только учусь слушать. В этом смысле мне  повезло работать с «кудашами» — ребята все очень чувствуют и слышат зрителя, потом обсуждают, спорят, делятся впечатлениями. А я думаю: «Надо же, как  я об этом и не подумала». Так что я у них учусь и не только этому.

Очень люблю спектакль «Башлачев. Человек поющий». Может потому что с него все началось. Мне там доверили песню «Трагикомический роман». Это был мой первый выход на сцену БТК. Помню, как меня трясло, и как ребята поддерживали. В этом смысле я правда была по-хорошему удивлена, настолько запугали меня рассказами про репертуарные театры. А тут у всех какие-то огромные сердца, все поддерживают, помогают. И за это огромное спасибо. В итоге прошло все хорошо, а эта песня мне особенно полюбилась. Она для меня всегда вызов, всегда приключение. Уже хотя бы потому что неизвестно какой зритель сегодня станет моей жертвой (улыбается). Еще очень люблю  спектакль «Мы». Он такой пронзительный и в тоже время простой. В нем мне первый раз доверили куклу, что стало отдельным приключением. А мечта моя – «Екклесиаст», помню я на него еще студенткой пришла и влюбилась.

У нас однажды очень смешно начался детский спектакль «Айболит». Перед  началом  мы все на сцене заряжаемся в ящики, в двух из них медицинские работники, а посередине Айболит – Толя Гущин. И вот сели мы в свой ящик и тут грохот слева. Смотрим – Айболит, забираясь в свой ящик, запнулся и упал в него, и это как-то очень забавно получилось. Все засмеялись и еще долго не могли остановиться. Оказалось, он запутался в медицинском халате. Зато потом весь спектакль очень весело прошел.

Помимо театра занимаюсь йогой, люблю читать, путешествовать, правда, все это я редко успеваю (улыбается).

Театр всегда развивается, меняется, а в какую сторону зависит, конечно, от людей. Мне кажется, само по себе развитие это уже хорошо, что нет остановки, тупика, а в хорошую сторону или плохую – это все равно всё субъективно. Главное – движение. Поэтому желаю театру сил, вдохновения и энергии!